На крипторынках фонтаном льется кровь, инвесторы глотают валидол – и всему виной один пухлощекий пацан, который в 30 лет стал практически самым богатым и могущественным криптаном в мире. Объясняю, каким образом состояние Сэма Бэнкмана-Фрида почти полностью испарилось за пару дней (вместе c $200 млрд криптанского капитала), и что всё это значит.
